Как уже сообщалось, вчера гвинейский нападающий киевского «Динамо» Исмаэль Бангура прошел медобследование в «Ренне» и подписал с французским клубом 4-летний контракт. Трансфер оценивается в 11 миллионов евро, при этом киевляне могут рассчитывать на 10% от возможной перепродажи игрока. Переход гвинейского форварда прокомментировал президент «Динамо» Игорь Суркис.

- Когда «Ренн» впервые обратился к вам с предложением о продаже Бангура?

- Об интересе ряда французских клубов к этому игроку я слышал не раз, да и вы, думаю, обращали внимание на публикации в интернете. Однако реальное предложение поступило только во вторник: сначала со мной связался спортивный директор «Ренна» Пьер Дреосси, а затем в Монако, где я провожу отпуск, прибыл представляющий интересы футболиста швейцарский адвокат Ральф Зинингер. Первоначальное предложение составляло порядка 8 миллионов евро, но я ответил, что соглашусь лишь на сумму, от которой, как говорит в таких случаях один мой коллега, не выдержат нервы. Будем считать, что на 11 миллионах нервы у меня не выдержали.

- Сделку считаете успешной?

- Вне всяких сомнений. Бангура отыграл у нас два года, принес команде немало пользы. «Динамо» к тому же вернуло все связанные с его приобретением затраты: в свое время он обошелся нам в пять, а с учетом агентских -практически в шесть миллионов. Можно даже сказать, что на трансфере этого нападающего мы заработали неплохие деньги. Но следует понимать, что продать его мы согласились не потому, что Бангура нам не нужен — важно было показать другим игрокам, что мы никого не держим в золотой клетке. Если по ним поступают достойные предложения, они вполне могут покинуть команду. Да и нельзя же все время покупать футболистов — надо кого-то продавать. В том, что в Европе на наших ребят стали обращать внимание, большая заслуга Юрия Семина, который создал команд}’ приличного уровня — ей многое по плечу.

- Бангура, насколько я помню, никогда не скрывал, что хочет вернуться во Францию…

- Это неудивительно, ведь вся его большая семья живет в этой стране. Обосновалась она в Ле Мане, где Исмаэль играл до перехода в «Динамо». К тому же, парень испытывал явный дискомфорт, его преследовали травмы. Да и прогрессировать в последнее время он тоже перестал. Так почему бы не уступить дорогу молодежи? Тот же Гильерме, как уверяет меня Валерий Газзаев, будет играть — и играть стабильно.

- А Шевченко? Вы по-прежнему ждете от него ответа?

- Андрей сейчас отдыхает. 16 июля, когда «Челси» выйдет из отпуска, он встретится с руководством своего клуба, пере­говорит с Карло Анчелотти. Важно понять для начала, насколько он нужен тренеру лондонского клуба. Думаю, наше предложение у Шевченко — не единственное, и выбор только за ним. Но перспектива со временем перейти у нас на тре­нерскую работу — слишком интересная опция, чтобы ей пренебречь.

- В продолжение разговора об игроках атаки: в первом контрольном матче на сборе в Австрии Андрей Ярмоленко не ожиданно сыграл на месте левого защитника. Следует считать это временной мерой на период травмы Андрея Несмачного и неготовности Бадра Каддури или полноценным тактическим экспериментом?

- С Газзаевым мы пока это не обсуждали, да и в тренировочный лагерь команды я пока не наведывался — впервые окажусь в нем накануне субботней игры с «Локомотивом». Но как я понимаю на основании поступающей из разных источников информации, наш главный тренер делает ставку на максимальную универсализацию исполнителей. Если помните, нечто подобное исповедовал и Валерий Лобановский. Отзывы о Ярмоленко на новой для него позиции, кстати, преимущественно положительные: он скоростной игрок, с рабочей левой ногой. Зачем тогда искать человека на эту позицию на стороне, если в своих рядах можем воспитать футболиста этого амплуа. Скорее всего, на этой позиции он сыграет и с командой Семина: Газзаев считает, что в контрольных матчах должны участвовать только те, кто выполнил на сборе определенный объем работы.

- Не все, похоже, выдерживают нагрузки в полном объеме. Скажем, Шахир Бельгазуани досрочно покинул Австрию и приступил к работе с «Динамо-2».

- Это решение тренера — показательный пример для остальных игроков, которым следует понимать: кто не «тянет» — возвращаться в Киев и повышает кондиции в дубле. Мне этот подход импонирует.

- Бельгазуани, как и Бангура с Папом Диакате, — футболисты, предложенные в свое время несостоявшимся динамовским тренером Жераром Улье. Первый почему-то не вписался в игру команды ни при одном из наставников…

- Шахир — парень молодой, да и брали мы его два года назад на перспективу. Возможно, Жерар видел его в своих схемах, но нам он действительно не очень подходит. Потери в связи с его трансфером у нас незначительные — было бы хуже, не заиграй у нас Бангура или Диакате, на которых потрачены миллионы евро. Да, у Диакате была травма плеча, теперь — колена, но это обычная для футбола ситуация. Надеюсь, все его беды позади — тренируется парень неподалеку от места, где я отдыхаю, в Ницце, и максимум через две недели, когда разрешит доктор Мартене, он вернется и начнет работу в общей группе. Что касается Бельгазуани, то ничто не мешает нам продать его или, на крайний случай, отдать в аренду.

- Я ведь не случайно спросил о троице, рекомендованной Улье. Не станет ли Диакате следующим игроком, с которым расстанется «Динамо»?

- Прежде всего, я должен знать, что думает по этому поводу главный тренер, без согласия которого я не могу продать или приобрести игрока. По Бангура я, кстати, сначала провел консультации с Газзаевым — и только потом дал ответ «Ренну». Не получи я согласие — у меня, будьте уверены, выдержали бы нервы и при предложении в 15 миллионов. В свое время, кстати, я не продал Диого Ринкона, хотя один из немецких клубов просто умолял меня уступить бразильца и предлагал 8 миллионов евро. Люди точно так же приехали ко мне в Монако на переговоры, но я устоял. А Диого полгода спустя сломался — и больше не заиграл на прежнем уровне. Недавно мне пришлось отпустить его как свободного агента…